Наши мысли и жизнь. Попутчик, часть 2

наши мысли и жизньПродолжение. Начало здесь

"... Мы долго ехали из города в сторону гор, а потом петляли по серпантину. Я любовалась открывающимися видами и ела миндаль молочной спелости, который мы купили вместе с кучей других вкусностей, остановившись по дороге у рынка. Рядом со мной, вольно развалившись, сидел Антон и ел то клубнику, то малину, то миндаль, громко и нарочито чавкая от удовольствия. Я сначала решила, что у человека с воспитанием проблемы, а потом поняла, что он просто расслабился в соответствии с обстановкой и снял с себя маски и ограничения, необходимые для жизни в городе и совершенно ненужные в глухих местах в компании единомышленников. Даже завидно – я так не могу! Сергей сидел рядом с водителем, обменивался с Антоном пакетами с едой и они наперебой предлагали мне съесть еще что-нибудь вкусненькое. Я отказывалась под предлогом того, что сейчас еще нужно будет идти до стоянки, на сколько я в курсе. А они как-то загадочно смеялись и говорили, что только с полным желудком я смогу оценить по достоинству кайф оттого, что пришли на место, как и саму дорогу. А потом Антон добавил:

 - Есть, так же как спать и заниматься сексом, нужно тогда, когда хочется!

Ошалев от такой непосредственной откровенности, я изобразила улыбку, дабы меня не приняли за ханжу или кого-то в этом роде. Ндаааа, интересное у меня будет путешествие. А точно ли мне это надо? И с утроенной силой задалась этим вопросом, когда мы приехали. Нас высадили посреди дороги, – серпантин оставался сзади и так же бесконечно тянулся вперед. Сумерки опускались все быстрее, еще минут сорок и будет совсем темно. И куда же мы пойдем? - подумала я, начиная холодеть от предчувствий. Справа крутой склон вниз, слева еще более крутой вверх. Крупные валуны, заросшие лесом, поднимались вверх, туда только лезть надо, а не идти. И тут же заговорил Сергей, подтвердив все мои опасения:

- Ну, вот здесь мы и поднимемся на перевал, а там, в лесу, нас ждет стоянка на ночь. Наше путешествие начинается и правила у него такие: каждый несет свой рюкзак сам, джентльмены пристреливаются на месте. Вы сами отвечаете за свои травмы, ушибы и так далее. Не подумал куда ступаешь, сломал или растянул ногу – сам себе злобный гоблин! Сделай костыль, благо лес кругом, и иди дальше. Либо оставайся и выбирайся к людям. Места здесь необжитые, получите массу интересного опыта! То же касается тех, кто отстал – догоняете или выбираетесь сами, группа ждать никого не будет. Проверьте, чтобы у каждого была при себе вода, здесь проблематично найти источники, если не знать где они. Всё понятно? Готовы? Пошли. Ира – идешь за мной!

Я стояла уже не холодея, а практически превратившись в Снежную королеву. Внутри, по-крайней мере, у меня все застыло от ужаса перед такими перспективами. Рюкзак на плечах моментально стал весить не пятнадцать, а пару сотен килограммов и стал неудобен еще больше. Я лихорадочно пыталась одновременно решить что страшнее: остаться здесь одной на ночь и опозориться перед мужиками, вскарабкаться на эти триста метров вверх без помощи спутников с таким весом на плечах, или выбросить к чертовой матери все вещи и снаряжение, оставив только общую еду и получить после возвращения неприятности от подруги за потерянное снаряжение с требованием возмещения убытков. А группа уже двинулась к подъему! За пару секунд страх во мне вскипел до предела, замутив разум и оставив только одну мысль «я не смогу!!!!!!», тут же сменив ее странным ощущением, не поддающимся описанию словами, разве что подойдет слово-команда самой себе «пошла!». И я пошла…..

Через сорок минут я сидела на большом камне, и смотрела вниз на только что пройденный подъем. Никак не получалось отдышаться, саднили содранные колени и ладони, мокрая одежда прилипла к телу. А ребята стояли недалеко от меня и любовались панорамой, открывшейся с этой высоты. Черт! Каким же я слизняком оказалась, а считала себя спортивным человеком. Нужно встать и пойти к ним, а то и вспомнить нечего будет о местах, в которых первый раз в жизни оказалась. А посмотреть было на что: мы стояли как будто на вершине амфитеатра, только очень высокого. Вправо и влево от нас полукругом расходились склоны соседних гор, вниз уступами уходило ущелье. Дальше видна была долина, которая заканчивалась берегом моря. Мы застали последние минуты сумеречного света перед наступлением полной темноты. Серо-сиреневая дымка утопила в себе весь мир, погасила все звуки и движение, море в ней слилось с небом и землей, и не было видно границ одного и начала другого. Внизу было видно несколько теплых желтых огоньков, а вверху пару холодных белых, но в сравнявшем сейчас все в мире цвете было непонятно, какие их них на земле или в море, а какие принадлежат небу. Мы стояли, замерев, и молчали, а камни вокруг нас отдавали обратно собранное за день солнечное тепло, и воздух пах лимонником и чабрецом. Молчание нарушил Сергей:

- Этот перевал исстари имеет недобрую славу, потому что именно через него раньше совершались набеги на долину. Войны на этой земле идут сотни лет, и каждый камень здесь полит кровью не один раз. А кровь – это самый мощный энергетик. Поэтому место это можно с полным правом назвать местом Силы. Услышьте ее, ощутите, попытайтесь взаимодействовать с этим местом, послушайте камни руками.

Пока он говорил, ночь окончательно укрыла землю. Мы вернулись к рюкзакам и стали надевать теплые вещи.

 - Ир, как себя чувствуешь? – спросил Сергей.

 - Как будто моя задница весит миллион тонн…

Он засмеялся, да и все остальные заулыбались.

 - Ну что, собрались? Тогда идем к месту стоянки,- сказал Сергей, включил на лбу фонарик и вошел в лес.

Мы тоже включили свои фонари, и пошли следом. В рассеянном свете передо мной всплывали вверх облачка пара от дыхания, словно призраки тех, кто проходил здесь очень давно.

Вечером второго дня мы обживали уже третью по счету стоянку и готовились к ночлегу. В этом месте нам предстояло провести следующие два дня. Лагерь располагался в широкой, заросшей лесом впадине, недалеко от вершины горы. Мы разделились и, торопясь, собирали дрова и ставили палатки – очень хотелось успеть дойти до вершины и посмотреть закат. Наконец все было сделано, и мы побежали наверх. Ну, это я, конечно, громко сказала, что все побежали. За последние сутки я измоталась так, как никогда в жизни не случалось. И сейчас пыталась не отстать, но хватило меня не надолго. Поэтому, когда я, наконец, залезла на вершину, то застала только самый краешек оранжево-красного солнца. На моих глазах оно нырнуло в облака, разрисовавшие весь горизонт светящимися полосами розового, кораллового, оранжевого и сиреневого цветов. Прямо над головой небо было еще ярко-голубым и было похоже на холст, на котором некий художник-великан начал пробовать краски, выбирая самую красивую. А потом очень быстро спустилась темнота, и мы пошли в лагерь. Правда тут же выяснилось, что заблудились, потому что в темноте местность выглядела совершенно иначе, чем еще двадцать минут назад, а костер еще не разводили. Легкий приступ общей паники был подавлен насмешками над ситуацией, согласно которой нам грозило спать, в чем были, голодными и страшно уставшими прямо там, где стояли. Смеясь, мы все-таки нашли свой лагерь, только пришли к нему с диаметрально противоположной стороны от той, в которую ушли.

Позже, после ужина, мы сидели у костра, обменивались впечатлениями и неспешно пили чай со свежесобранными травами. Ноги у всех гудели, и Сергей показывал особую тайскую технику массажа, помогающую правильно расслабить мышцы. Антон, как всегда, помалкивал. Я заметила за собой, что наблюдаю за ним чаще, чем за всеми остальными. Очень уж он напоминал мне внешностью другого человека, но совершенно отличался по манерам и поступкам. Я постоянно как бы «ловила» эти отличия и меня это раздражало, так же как и он сам – непредсказуемостью и некоторой странностью поведения. Он вроде был вместе со всеми: так же проходил тренинг и делал упражнения, иногда выполняя роль второго ведущего. Так же отвечал на вопросы Сергея по результатам занятий и хохмил с ребятами по поводу и без.

Готовил в свою очередь еду, но ловко перекладывал при этом часть своей работы на подвернувшегося простофилю из команды. Рюкзак его обнаружился на этой стоянке – оказалось, что они с Сергеем закопали его здесь накануне, когда делали контрольный обход маршрута перед приездом участников тренинга. Но ни сейчас, ни позже, он не делился с нами своими ощущениями после занятий. Просто тихо исчезал в своей палатке, как только объявлялось свободное время, и спал. Остальные сидели у костра и много говорили. О своем прошлом опыте и приключениях, о пройденных тренингах и получаемых сейчас навыках. Просто о жизни и книгах, и о том, как у кого сейчас болит и реагирует тело. Антон при этом почти никогда не присутствовал или молчал. Несколько дней спустя это даже стало предметом нашего очередного разговора в свободное время. И мы поняли, что он просто бережет получаемую от занятий энергию, направляя ее только на развитие своих способностей. Он трындел с нами только о пустяках, а вот все ценное, что получал, бережно хранил. Он умел. А вот мы вели себя как дети: слишком велика была та сила, что мы получали, и нам было проще тут же слить ее в пространство в виде слов, чем учиться ею управлять.

Вот и сейчас он сидел, почти не участвуя в разговоре, а потом вдруг спросил:..."

Продолжение здесь.

Поделитесь статьей с друзьями:

Вы можете пропустить все до конца и оставить ваш ответ. Размещение обратных ссылок в настоящее время не допускается.

Оставить отзыв


Здесь вставляем свой HTML код, или пишем сообщение